Народный эпос против науки

Историки и археологи датируют время основания города концом X века, а вот народные сказочники — аж 2409 годом до нашей эры. Разве что месяц и день недели не назван. Согласно преданию, основателем города на Полисти и Порусьи стал славный витязь Рус, потомок князя Скифа. Правда, та же легенда гласит, что заложена Руса была одновременно с Великим Словенском, «иже последи Новъграде Великом». Но не будем об этом.

Старая Русса с высоты колокольни Спасо-Преображенского монастыря. | Фото 1

В «Сказании о Словене и Русе» говорится, что на Северо-Запад Рус двинулся с древнейшего черноморского курорта Ексинопонта — наскучила воину пляжная тематика. И скитался он по нашей необъятной четырнадцать лет — знатный был путешественник. Но притомился турист, устроил привал у «соленого студенца между двема рекама». «Реку же ту сущую едину прозва во имя жены своея Порусии, другую ж реку имянова во имя дщери своея Полиста», а «град нарече во имя свое Руса». Дальше повествуется о славной истории двух городов великих. Оба пережили не одно разорение, не единожды разрушались, но как по волшебству сызнова выстраивались, да расцветали.

Легенда хороша, да умам ученым уж больно не по нраву — не подтверждается, дескать, фактами. Самые ранние археологические находки Старой Руссы датируются лишь X веком. Древнейшие артефакты, остатки деревянных мостовых и лепную керамику, научные светила лопатами вооруженные, откопали на Минеральной улице.

Что касается летописных источников, то в них город впервые упоминается лишь в 1167 году. А дату рождения найденной здесь берестяной грамоты ученые определили первой половиной XI века. Послание на древесной коре отнесли в разряд деловой переписки, что, несомненно, свидетельствует о том, что в XI веке Старая Русса являлась одним из развитых торгово-экономических центров.

Сложив все вещдоки воедино, археологи посовещались с нынешними управленцами города, да порешили праздновать с размахом тысячелетие Старой Руссы в 2015 году. Ни Новгород, ни Ладогу обойти не удалось, но все же Русса старушка еще та. А ведь по виду-то и не скажешь. Очень уж она не похожа на города-звенья Золотого кольца. Тут вам ни Кремля нет, ни пестрых бесконечных рядов с сувенирами. Купола древних церквей попрятались за кронами деревьев, да за более поздними безликими постройками. Старая Русса не кричит о своих сокровищах, и не мудрено — сколько за века было разрушено, разграблено, сожжено.

Вехи истории

В XII веке в сводки новостей новгородских летописцев Русса уже попадала с завидной регулярностью. В 1192 году средневековые корреспонденты отметили своим вниманием открытие в городе Спасо-Преображенского монастыря. Его храмы и сегодня радуют глаз туристов, хотя все, конечно, перестроены, перекрашены, переназваны и переоборудованы под мирские дела. Сегодня здесь краеведческий музей и картинная галерея, на колокольне смотровая площадка.

Но вернемся к истокам. Обитель, именовавшаяся ранее «В Русе на Посаде», в первый же год существования заявила о себе столь громко, что ее основателя игумена Мартирия выдвинули в Новгородские архиепископы. Это событие также нашло отражение в новостной ленте репортеров-церковников.

Еще через год Руса запылала в страшном огне и почти полностью была разрушена. Сия напасть стала толчком к развитию каменного строительства в городе — первую церковь из камня, Спасо-Преображенский собор, построили в 1998 году. В это же время начали возводить мощные городские укрепления. Крепость помогла справиться рушанам в 1234 году с внешними врагами, коварным литовским войском, а вот в борьбе с врагом внутренним два столетия спустя оказалась беспомощной. В 1456 и 1471 здесь прошли грандиозные сражения рушан с москвичами. Подопечные великого князя Ивана III дважды одержали верх. В 1478 году Русса окончательно перешла во владения Московского княжества.

Царь Иван, хоть и был прозван Грозным, но к Руссе проявил неслыханную благосклонность, уберег от опричнины и вообще в Дворцовом приказе провозгласил город одним из важнейших центров по доходу. Впрочем, любовь самодержца к Руссе, не уберегла ее в 1581 году от разорения польско-литовскими захватчиками и большого пожара.

Страсти и напасти

В смутные времена Руссе и пришлось совсем не сладко. Ее порабощали то воины Лжедмитрия, то неутомимые шведы. Последние вообще чуть ли не стерли город с карты страны — в 1617 году в нем оставалось 38 жителей, остальные погибли или сбежали. Хотя досталось и узурпаторам.

Если верить местным легендам, захватчиков настигла кара небесная, когда они покусились на самое святое — православные церкви. Рассказывают, будто бы, шведы облюбовали себе под штаб небольшую древнюю церквушку Великомученика Мины. Но только они въехали в нее на лошадях и во всеоружии, как все дружно и ослепли. Святыня была разграблена и осквернена, и в запустении пребывала еще многие годы после изгнания из города врагов. Здравствующей она не выглядит и ныне. Стоит неоштукатуренная, накренившаяся, рассыпающаяся. Но такая естественная, ненаряженная, да неразукрашенная маленькая четырехстолпная с одной лишь главой-маковкой церквушка кажется даже краше.

Кое-как оправляться Русса начала после визита молодого Петра Первого. Стало возрождаться солеварение. После некоторых административных реформ городу был пожалован собственный герб. В 1828 году в городе открылся бальнеогрязевый курорт. Но управляющие здравницы не успели обеспечить городу ни экономический подъем, ни славу на всю страну. Через три года старорусские земли содрогнулись от холерных бунтов. Описывавший эти ужасы Александр Пушкин, сообщал об огромных жертвах не только среди военных, подавляющих мятеж, но и среди докторов, сражающихся с заразой.

Следующее испытание на долю древнего города выпало в 1941 году. Старая Русса была оккупирована фашистами, а попытки советских войск отбить город приводили лишь к большим потерям. Очевидцы писали в дневниках, о столь кровопролитных боях и о таких жертвах, что по улицам «трудно было просто пройти» — только солдат погибло более 200 тысяч. Почтить память защитников можно у мемориала в Городском парке.

Многое пережила Старая Русса, но по внешнему виду, опять-таки, и не скажешь. Проходя по мостикам над весело журчащими речками, да мимо резво бьющихся фонтанчиков и не подумаешь о том, через сколькое прошел город. А, может, просто наш визит выпал на чересчур солнечный день?